Зина родилась и выросла в маленькой сибирской деревне, где ближайший магазин находился в сорока километрах, а вместо будильника каждое утро орал петух. Жизнь там текла медленно и понятно: встал, подоил корову, сходил на покос, вечером проверил, все ли закрыто на ночь. Прозвище «москвичка» прилипло к ней еще в детстве. Так дразнили ее односельчане из-за отца - известного ученого, который когда-то приехал в эти края из Москвы, женился на местной девушке, а потом бесследно исчез. След пропал, а кличка осталась на всю жизнь.

Зина вышла замуж за хорошего, спокойного парня из соседней деревни. Родила дочку - светловолосую девочку с огромными серыми глазами. Муж работал в лесу, хорошо зарабатывал, и казалось, что жизнь наконец-то наладилась. Но однажды он не вернулся с деляны. Нашли его слишком поздно - медведь. Зина осталась одна с маленькой дочкой на руках. Пришлось взять себя в руки, идти на ферму дояркой, крутиться как белка в колесе, чтобы прокормить ребенка и не дать хозяйству развалиться. Каждый день был похож на предыдущий, и это даже успокаивало.

А потом случился пожар. Огромный, жадный, пришедший с сухого ветра. За одну ночь деревня превратилась в пепелище. Дом, сарай, все постройки - ничего не уцелело. Зина стояла посреди дымящихся углей, держала за руку плачущую дочь и не понимала, куда теперь идти. В тот же день пришло известие из Москвы: умер отец. Тот самый, который когда-то уехал и оставил ее с прозвищем. Оказалось, он все эти годы жил в столице, ни разу не приехав, но завещание написал на нее. И оставил квартиру в хорошем районе, деньги на счету и какие-то бумаги, от которых у сельской женщины просто кружилась голова.

Теперь Зина стоит перед выбором, которого никогда не ждала. С одной стороны - привычная жизнь, где знаешь каждую тропинку и каждое лицо. С другой - огромный чужой город, высотные дома, шум, незнакомые правила. Она пробует представить себя там: как будет водить дочку в школу, как станет подниматься на лифте вместо того, чтобы выходить во двор, как, может быть, посадит помидоры на балконе или хотя бы цветы в горшках. Сможет ли она, привыкшая мерить жизнь ведрами молока и охапками сена, найти свое место среди московских улиц и небоскребов?

Дочка тянет ее за руку и спрашивает: «Мам, а в Москве есть коровы?» Зина улыбается сквозь усталость и отвечает, что коров, наверное, нет, зато есть метро, большие магазины и, возможно, даже кусочек земли, где можно посадить свой маленький огород. Она еще не знает, получится ли у нее прижиться в этом огромном городе. Но впервые за много лет в ее жизни появился не только выход из беды, а настоящий выбор. И этот выбор она будет делать сама - ради дочери, ради себя и, может быть, ради того, чтобы наконец-то понять, почему ее всю жизнь называли москвичкой.

Пока же она собирает немногие уцелевшие вещи в старый чемодан, гладит по голове дочку и тихо говорит: «Поедем посмотрим, что там за Москва такая». И в этих простых словах уже чувствуется начало чего-то нового.